Двукратная чемпионка «Уимблдона» Петра Квитова рассказала о последствиях нападения, которое перенесла у себя дома почти ровно год назад.
Левая рука Квитовой, которой она выхватила у преступника нож, по-прежнему не сжимается в кулак, и она не чувствует двух пальцев.
«Полная подвижность еще может вернуться, но я не уверена. Но и с тем, что есть сейчас, я могу жить и играть. До сих пор я делала все, что могла, но еще есть пространство для прогресса. Надеюсь, со временем станет еще лучше, но и без того довольна тем, как прошла реабилитация, и тем, что я сохраняла оптимизм. – передает слова Квитовой sports.ru
Сейчас мне нетрудно быть позитивной – вот если бы мне не удалось вернуться в теннис, было бы другое дело. Вспоминать нападение мне по-прежнему тяжело. Я стараюсь его забыть, но в то же время понимаю, что вряд ли это возможно. Но зато этот опыт показал мне, как я могу вкалывать, когда это необходимо, и каким бойцом могу быть.
Пока я восстанавливалась, я слышала, что говорили, что я не смогу вернуться. И я думала: «Я им покажу. Зачем они такое говорят?». Мне было очень больно слышать, что в меня не верили. Но справедливости ради, я тогда и не знала, насколько все серьезно, потому что мне никто не говорил. Сейчас я этому рада. Мой врач потом сказал мне, что специально не сообщал мне неблагоприятные прогнозы, чтобы я не упала духом.
Через неделю после операции я спросила его, смогу ли я сыграть на «Уимблдоне» в этом году. Он не сразу ответил, а потом сказал: «Мы будем для этого работать, блаблабла». Тогда-то я поняла, что будет тяжело.
Мы с тренером много обсуждали, нужно ли что-то делать с ракеткой. Я сразу сказала, что не хочу ничего менять, потому что часто мелкие детали меняют все. Я сказала: «Я хочу попробовать так, как есть, пожалуйста, дай мне время, а там посмотрим, что из этого выйдет». Оказалось, что он так сделать и хотел. Я рада, что мы не стали ничего менять. Все так же, как было, и это работает. (Улыбается.)
Выступление на «Уимблдоне» и четвертьфинал US Open были для меня очень важны в плане уверенности. Этот год получился очень эмоциональным, и я рада, что он заканчивается. Теперь я снова могу смотреть на все только в хорошем свете. То, что я снова могу играть в теннис – и делать это хорошо, – это главное, на что я надеялась после нападения.
Теперь я живу со своей новой рукой. Мне она уже начала нравиться, теперь я стараюсь ее полюбить. Это моя рука, и я рада, что все пальцы на ней на месте».